Как-то работал я ученым в смешной треуголке,
Наблюдал за звездами, толковал знамения.
Но пришли люди в пиджаках, галстуки из шелка,
Помахали списком перед носом, довели до белого каления.
Говорят: «Из-за тебя наша страна под санкциями,
И ты лично этому вовсю способствовал!
Мы научим тебя родину любить в изоляции!» —
И освободили от должностных инструкций под корень всё.
Я пон, принимаю как данность.
Меня накрыло эффектом эха,
Вторичная волна — паразитная.
Зацепило осколком, рикошетом...
А вспышку на солнце проморгают обидную!
Пойду я в простые панки-работяги,
Теперь моя зона отчуждения — один километр.
Дом, завод, магазин, поликлиника в овраге,
И над промзоной воет злой, холодный ветер.
В Стиме отвалился мой аккаунт безмятежный,
Обращаюсь в службу поддержки за ответом:
Не могу поиграть в City Car и Mount, как прежде,
А мне пишут: «Капчу не пройдешь, твоя страна — агрессор».
Я пон, принимаю как данность.
Меня накрыло эффектом эха,
Вторичная волна — паразитная.
Зацепило осколком, рикошетом...
А вспышку на солнце проморгают обидную!
И у всех на заводе днюхи — вот в чем соль-то!
Именинники тащат мне водку и коньяк рекою.
Непьющему человеку надо что? Конечно, алкоголь же!
Может, пора начинать, чтоб добро не пропало под рукою?
И вот сижу на диване — без треуголки,
Без гоночек в Стиме, без нихрена вообще.
Я смотрю кино, там Звезду Смерти взрывают на осколки,
И блуждает счастливая улыбка на моем лице.
Я пон, принимаю как данность.
Меня накрыло эффектом эха,
Вторичная волна — паразитная.
Зацепило осколком, рикошетом...
А вспышку на солнце проморгают обидную!
Проморгают обидную...
Вспышку на солнце...
Я пон! Принимаю как данность!